Борьба с домашним насилием объявлена в Украине общегосударственным делом. Однако на Днепропетровщине женщины восприняли призыв остановить насильников слишком буквально. За неделю трое мужчин стали жертвами разбушевавшихся жен. Самой старшей убийце – 61 год. Есть ли у днепропетровских женщин возможность решить проблему насилия в семье, не прибегая к крайним мерам?

      Больше четырех лет Светлана терпела издевательства некогда любимого человека. Сначала молчала, плакала в подушку, пыталась не попадать под горячую руку. Надеялась: муж одумается с рождением первенца.

       Светлана, жертва домашнего тирана: «Один раз простила, второй раз простила, потом забеременела. Когда пошла на УЗИ, узнала, что двойня. Деваться некуда – сроки уже 4,5 месяца. Родила, пришла с роддома, муж – в горизонтальном положении».

       С появлением малышей стало еще хуже. Жизнь превратилась в сущий ад – вспоминает Светлана. Денег катастрофически не хватало, работать муж не собирался. Вместо этого постоянно пил, а свою никчемность компенсировал постоянными побоями жены.

      Светлана, жертва домашнего тирана: «Драки участились, скандалы, пьянки. Потом я поняла, что я так больше не могу. Я начала давать сдачи, но сдачи руками мужчине я не могла давать – пошли в ход ножи, маникюрные ножнички, пилочки, открывалки. Я поняла, что меня просто-напросто посадят».   

       Светлана собрала вещи, забрала детей и, пока отец семейства пребывал в очередном пьяном угаре, сбежала от него в общежитие. Маленькая комнатушка и полная антисанитария показались женщине раем. Впрочем, на такой шаг, говорят специалисты, решается лишь треть жертв семейного насилия. Многие слишком зависимы от своего тирана.

     Ольга Беляева, психолог: «Часто это начинается с того, что муж или сожитель забрал, или она потеряла паспорт. Плюс еще у нее нет собственного жилья, нет доступа к образованию, либо она не успела получить образование, и на руках маленький ребенок».

       Терпя издевательства, многие боятся выносить сор из избы. Большинство не верит в реальную помощь правоохранителей. Вызов участковых, говорят они, лишь усугубляет положение.

        Елена, жертва домашнего тирана: «Забирают его на два часа, выпускают – он приходит довольный, продолжает, ухмыляется. Потом из-за этой безнаказанности он вообще обнаглел».

       Сергей Мороз, старший инспектор отдела управления общественной безопасности ГУМВД в Днепропетровской области: «С 1 января 2009 года вступило дополнение к закону про насилие в семье. Можно подвергать такому виду взыскания, как админарест – предусматривается до 15 суток, исправительные роботы или штраф от 85 гривень до 180».

      От штрафа, который деспоту присуждает суд, страдает скудный семейный бюджет. Сейчас правоохранители настаивают на замене денежного наказания заключением до 30 дней, для особо буйных – до трех месяцев. В ход идет и психологическое оружие. Навыки борьбы с насилием в семье сотрудники МВД уже почти год приобретают в интерактивных классах. Чтобы постичь искусство воздействия на домашнего тирана, милиционерам нередко приходится побывать в шкуре жертвы.

      Дмитрий Заброда, начальник кафедры административной деятельности органов внутренних дел университета внутренних дел: «Она приближает к реальным условиям, позволяет курсантам почувствовать, как это – быть жертвой или лицом, совершающим насилие. Это тоже немаловажно, потому что это формирует определенные установки, возможность ненасильственным путем решать те или иные бытовые конфликты».

      В ситуации, когда слова и угрозы против домашней тирании бессильны, единственным спасением остается социально-психологический центр. В Днепропетровске уже год существует такое учреждение, за это время сюда обратилось более 800 женщин. Здесь жертвам предоставляют ночлег, юридическую и психологическую помощь.

    Вита Лысенко, заведующая стационаром областного центра социально-психологической помощи: «Бывает такое, что у нас люди приходят вообще без средств существования. Они делятся друг с другом продуктами, чаем, сахаром. Поддержка здесь коллективная. Это очень помогает».

     Ольга Беляева, психолог: «Есть системная помощь. Первое – временная прописка, временная регистрация, оформление паспорта, оформление льгот и пособий и возможность через центр занятости получить бесплатно специальность. Вот это четыре вещи, которые уже дают старт женщине, чтобы подумать, что можно изменить ситуацию».

     Однако и у этих центров есть масса недостатков – говорят общественники. Жить в них можно не больше 3 месяцев, а на реабилитацию бывших жертв, говорят психологи, нужны годы. Но главное – в этих учреждениях нельзя находиться с детьми. Женщины, которые попадают сюда, вынуждены отдать на это время свое чадо на попечение государства.

      Ольга Беляева, психолог: «К сожалению, получается так, что, если женщина отдает ребенка, она отдает свою мотивацию изменять жизнь. И часто бывает так, что она не возвращается за ним».

     Решить проблему, уверены специалисты, можно, лишь создав сеть социальных центров для длительного пребывания матерей с детьми. Для этого нужна поддержка властей на всех уровнях. Ведь главная причина железного терпения жертв домашней тирании – это отсутствие путей отступления.

 

Ирина Мороз , Андрей Греков