За 18 лет независимой Украины наш народ выходил на площади дважды. Первый – в том памятном 91 году, и во второй раз – в 2004, когда надеялся отстоять истинную свободу и независимость. Тогда люди верили в будущее без коррупции, произвола и нищеты. Со временем участники майдана, как оранжевые, так и бело-голубые, в большинстве своем подтвердили старую истину – после больших революций наступают большие разочарования. К сожалению, Украина исключением не стала. Разобрать кто за кого почти невозможно. В отличие от прооранжевого Львова или бело-голубого Донецка, в Днепропетровске политические приверженцы разделились поровну. На две недели ноябрьский Днепропетровск превратился в город-карнавал. Деревья, автомобили, дома – в разноцветных ленточках. На жителях – революционная символика. А в воздухе – аромат перемен. Виктория Нарижная – лицо днепропетровского майдана. Переводчица, писательница, поэтесса, влюбленная в свою страну. На оранжевых баррикадах простояла c первого до последнего дня. В Днепропетровске – городе сытом, а потому аполитичном – говорит девушка – революции вообще могло не быть. Настроение горожан изменил случай. На следующий день после второго тура президентских выборов, до оглашения официальных результатов, местные лидеры Партии регионов устроили грандиозные празднования победы своего кандидата. Сторонники оранжевых взорвались. Виктория Нарижная, активистка Оранжевой революции в Днепропетровске: «Люди починають виходити із трамваїв, люди починають виходити із офісів, із магазинів, продавці, залишивши когось одного якби на варті… І буквально за півгодини нас було близько трьох сотень». На следующее утро на площади Ленина яблоку негде было упасть. Стояли по 7-8 часов в день, а самые решительные даже ночевали в палаточном городке. Встать по одну сторону баррикад людям не мешала разница ни в возрасте, ни в социальном статусе. Виктория Нарижная, активистка Оранжевой революции в Днепропетровске: «Приїжджає розкішна іномарка, заїжджає прямо на тротуар, виходить розкішна пані – блондинка на от таких підборах, із таким манікюром, розкриває багажник, дістає хліб, ковбасу і починає різати бутерброди». В отличие от своих единомышленников из других уголков Украины, днепропетровцы проявили небывалую толерантность. За две недели – рассказывает революционерка – ни одной драки. Однако внешне спокойный и миролюбивый Днепропетровск бурлил внутри. Надежда Шеймина, историк: «Были и на бытовом уровне разборки с оранжевыми и голубыми. Люди между собой выясняли отношения. Во многих семьях вернулись революционные настроения. В одной семье были за белых, в другой – за красных. Так было и в этот период. Ведь были разные политические мнения». Все революции начинаются с разочарования, им же и заканчиваются. Со времен Майдана прошло уже почти пять лет. Но чуда, в которое верили миллионы украинцев, не произошло. Сожаление в душе и оранжевая символика на антресолях – все, что осталось от идеалов революции. Виктор Усенко, исследователь социальных явлений: «Вспомните хотя бы тот лозунг, что бандиты должны сидеть в тюрьмах. Вот чем поднимали людей. Поднимали людей протестом против коррумпированности, против беспредела чиновничьего, беспредела олигархического». Надежда Шеймина, историк: «Да, лозунги были прекрасные, но их было необходимо воплотить в жизнь. А каким образом? Это нужны были другие люди, которые пришли к нам с чистой совестью, с незапятнанными жизненными реалиями». Владимир Дон, уполномоченный по вопросам защиты прав предпринимателей в Днепропетровской области: «Власть не воспользовалась этим подъемом и не реализовала те задачи, которые перед ней стояли. Сегодня мы остались у разбитого корыта. Власть не реализовала всенародное доверие, не проведены те реформы, которые должны были быть проведены. Тут власть дала ошибку». Система коррупции и кумовства нерушима. Эту истину подтвердили уже следующие выборы – в парламент. Зинаида Дробышева в 2006 году работала секретарем участковой избирательной комиссии. Дни подсчета голосов показались женщине адом – трое суток на нервах без сна. Зинаида Дробышева, секретарь участковой избирательной комиссии в 2006 году: «Зарплату мы получили – 125 или 124 гривны, а потом должна была быть премия. Ну, жду я эту премию…» 400 гривень премии женщина так и не получила. Обращалась сначала в окружную избирательную комиссию, а когда там ничего не добилась – в прокуратуру. Там ее тоже отфутболили. Мол, не такая это сумма, чтобы тревожить покой серьезных людей. С тех пор Зинаида Федоровна потеряла интерес к политике. Теперь на переднем плане у нее личные заботы. А веру в то, что в этой стране можно что-то изменить к лучшему, женщина потеряла раз и навсегда. …И только настоящие романтики продолжают стоять на своем. Виктория Нарижная, активистка Оранжевой революции в Днепропетровске: «Відстоювали не політику, відстоювали зміни на краще. Ми боролися проти, а не за, за великим рахунком. Я прекрасно розуміла, що не буде все гладко. Я прекрасно розуміла, що українські громадяни будуть чекати якихось дивних перетворень. І будуть розчаровані. Але це був крок, який треба було зробити».
